Поиск



Счетчики






Яндекс.Метрика

Ю. Завадский. «Театральное празднество»

Советский зритель любит кино и телевидение. Я тоже люблю их, но ни в коем случае не соглашусь с тем, что они должны вытеснить театр.

У театра есть свои особенности, свое назначение, свои качества, недоступные ни кино, ни телевидению. Главное из них — непосредственность взаимосвязи актеров и зрителей. И, задумывая постановку «Виндзорских насмешниц», я хотел прежде всего создать спектакль, в котором зрители и актеры были бы поставлены в непосредственные взаимоотношения дружбы и взаимной увлеченности. Мне хотелось осуществить спектакль так, чтобы зрители сами как бы участвовали в этом празднестве и веселье, которыми рожден спектакль и которые он призван множить.

Мне кажется, что и советские зрители и советские актеры в одинаковой степени стосковались по настоящему театральному празднику.

Вот первая предпосылка сочиненного нами спектакля. Я подчеркиваю — сочиненного, потому что мы не просто перевели на язык сцены написанную Шекспиром пьесу, мы, следуя заветам Гоголя, прочитали ее по-своему.

Шекспировский театр был поистине народным. История мирового театра не знает более непосредственных зрителей, чем зрители шекспировских времен. Шекспир заставлял своих зрителей «воображать». Он не отягощал их натуралистическими подробностями быта — он пробуждал в них силу настоящего воображения. Это вторая предпосылка, определяющая принципы трактовки нами пьесы «Виндзорские насмешницы».

Ну, а главное, вероятно, в чем Шекспир действительно велик, это в том, что он сумел подсмотреть и показать такие свойства человеческой натуры, которые, увы, надолго закреплены за человечеством и как в шекспировские времена, так и сегодня вызывают наше негодование и насмешки, и дают нам право вместе с Шекспиром высмеивать их.

Шекспир в своих комедиях был великим жизнелюбом и весельчаком. Он понимал, что унылая и пасмурная будничность, холодная рассудочность и отсутствие юмора — великие грехи против человечества. Он умел озорничать и находил высокую прелесть в остроумной шутке. Перевод, в котором мы играем «Виндзорских насмешниц», сделанный С.Я. Маршаком и М.М. Морозовым, с большим блеском и остротой передает все эти свойства шекспировской комедии.

Мне как постановщику спектакля хотелось, как можно больше приблизить Шекспира к нам, сделать его нашим современником, приятным и доступным нашим зрителям. В этом же направлении пришлось поработать и над текстом, сделать значительные купюры. Они были необходимы, во-первых, потому, что в противном случае спектакль шел бы около пяти часов (при всей благожелательности наших зрителей вряд ли это пришлось бы им по вкусу!); во-вторых, пришлось вычеркнуть места с намеками и ссылками, понятными лишь современникам Шекспира, которые сегодня загромоздили бы лишь спектакль, не усилили бы, а разбавили силу и ценность текста.

Кроме того, мы ввели персонаж «от театра», основная задача которого заключается в том, чтобы перебросить мостик между XVI и XX веком, и мы надеемся, что этот «мостик» окажется надежным.

Выставка, с которой наши зрители смогут познакомиться перед началом спектакля и в антрактах, призвана помочь им полнее понять Шекспира и его время. Здесь они увидят материалы (макеты, эскизы костюмов, декораций и т.д.) из постановок произведений Шекспира в различных странах. А ярмарка во втором антракте, в которой зрители смогут сами участвовать, надеюсь, позабавит их.

Главная сила шекспировского комедийного гения — его неистовый молодой задор, его вера в человека — нам близки и дороги сегодня.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница