Поиск



Счетчики






Яндекс.Метрика

«Мера за меру»

Снова вдали от Биллингбера, опять не у дел — в ожидании новых напастей и в разлуке с родными из-за чумы — Невилл сочиняет пьесу «Мера за меру», первое произведение, написанное после освобождения из Тауэра. Неудивительно, что комедия получилась довольно мрачной. При дворе пьеса была поставлена 26 декабря 1604 года, хотя ее премьера, по мнению многих, состоялась несколько раньше1. Большинство комментаторов считают, что диалог между мистрис Переспела и Помпеем (акт I, сцена 2) содержит намек на указ Якова I от 16 сентября 1603 года о сносе домов в лондонских пригородах2.

В пьесе, действие которой происходит в Вене, много событий, связывающих ее с жизнью сэра Невилла, чего нельзя сказать о других претендентах. Прежде всего, автору не понаслышке известно, что такое тюрьма. Изабелла умоляет Анджело помиловать брата, и в ее мольбах слышатся отзвуки писем Энн Невилл, в которых она молит королеву и Роберта Сесила освободить мужа3. И еще — путешествуя по Европе, Невилл в 1681 году заезжал в Вену Дудит, венгерский философ-гуманист, с которым Невилл встретился в Бреслау, представил его (и его спутников) первым лицам города. Среди них был Гуго Блотиус, старый знакомый Сейвила. Блотиус в значительной степени разделял гуманистические взгляды Сейвила, хотя и мыслил вполне по-кальвинистски. Исследователи никак не могут связать пьесу «Мера за меру» с жизнью Шекспира. Максимум, что они могут сказать: образ герцога Винченцио — это своеобразный способ прославить короля Якова I как истинно мудрого правителя. Другое дело, если автор — сэр Генри Невилл. События пьесы происходят в Вене; а запрет на внебрачные связи — главная тема шекспировской пьесы — соответствует кальвинистским убеждениям Блотиуса. Дудит с Сейвилом познакомили своих юных протеже с венскими интеллектуалами, и нет ничего странного, что в пьесе полно венских аллюзий и примет из жизни узкого круга друзей Сейвила. Блотиус считал себя реформатором и миротворцем, он создал первую в Австрии публичную библиотеку. Но, будучи кальвинистом, Блотиус наверняка кое в чем придерживался слишком строгих правил. Спрашивается: кто, кроме человека, знавшего все это из первых рук, мог создать сложный характер герцога? И кто, кроме спутника Сейвила, — если вспомнить всех претендентов на авторство — мог поместить действие пьесы в Вену?

Судя по всему, после выхода на свободу Невилл с головой окунулся во множество дел; ему предстояло вернуть конфискованную собственность и восстановить статус политического лидера. В начале 1604 года проходили всеобщие выборы в парламент (избранный тогда парламент собрался на первое заседание 19 марта); Невилла избрали депутатом от города Льюис в графстве Сассекс и, что более важно, от графства Беркшир. Он предпочел быть Рыцарем графства4. В отличие от королевского двора в графствах на Невилла смотрели как на мученика, а на его сподвижников — как на героев5. Избрание, как видно, произошло после того, как он сел писать пьесу, — этим объясняются обширные диалоги в ней о политике и личной морали. В то время сэр Генри всерьез подумывал и о должности спикера палаты общин6. Сверх того, Невилл по-прежнему был крупным землевладельцем; его хозяйственные заботы начиная с 1599 года все возрастали, и, конечно, ему хотелось проводить больше времени со своей семьей.

Невилл обладал феноменальной работоспособностью; тем не менее не стоит удивляться, что за вторую пьесу он взялся только через год после написания первой, — этого можно было ожидать. Ему пришлось заново налаживать деловое общение с Шекспиром и его труппой. Сомнения на сей счет не возникали — он должен был вернуться к письменному столу. Девятнадцатого мая 1603 года труппа лорда-камергера удостоилась особой королевской милости: отныне ее актеры назывались «слугами Его Величества»; в этом статусе они впоследствии многие годы давали представления при королевском дворе7. Король любил театр и повелел своим актерам поставить восемь представлений8. Нет оснований считать, что Яков I знал, кто именно был автором «шекспировских» пьес; это его не интересовало. Но Невиллу, когда он писал пьесы, несомненно, приходилось принимать во внимание любовь короля к театру, взвешивать речи своих героев, учитывать возможные последствия — в общем, делать то же самое, что и при королеве Елизавете9. Взявшись за «Макбета», сэр Генри наверняка неслучайно сделал местом действия родину короля; попутно стоит заметить, что после «Генриха V» он не обращался к английской истории, пока не написал «Генриха VIII», поставленного в 1613 году. Кстати сказать, начатого в Тауэре «Генриха VIII» Невилл не завершил, руководствуясь, по всей очевидности, политическими соображениями.

Как сказано выше, в пьесе «Мера за меру» отразились события, имевшие место в жизни Невилла до начала 1604 года. Давайте вспомним, что Невилл был когда-то послом во Франции, едва не был казнен, был оштрафован на 5 тысяч фунтов стерлингов и, кажется, находясь в заключении, 3 тысячи из них выплатил, что он был хром, страдал подагрой и, наконец, чуть не заболел чумой, — и после этого прочитаем отрывок из пьесы.

    ЛУЦИО
Смотрите-ка, смотрите, сюда шествует госпожа, наша утешительница.

    ПЕРВЫЙ ДВОРЯНИН
Немало болезней подхватил я под ее кровлей, которые мне стоили...

    ВТОРОЙ ДВОРЯНИН
Чего, чего, скажи?

    ЛУЦИО
Оцени сам.

    ВТОРОЙ ДВОРЯНИН
Три тысячи долларов в год. А может быть, столько же язвочек?

    ПЕРВЫЙ ДВОРЯНИН
Побольше трех тысяч! Вымотали у меня все деньги и оставили с носом.

    ЛУЦИО
Хорошо, что с носом, а если без носа...

    ПЕРВЫЙ ДВОРЯНИН
Ты все намекаешь на какие-то мои болезни, но это заблуждение — я здоров и крепок.

    ЛУЦИО
Не то чтобы здоров, но крепок, как бывают полые внутри вещи: в тебе и кости-то пустые, твое распутство съело тебя!

Входит госпожа Переспела.

    ПЕРВЫЙ ДВОРЯНИН
А! Как поживаете? В каком бедре у вас теперь прострел?

    ПЕРЕСПЕЛА
Ладно, ладно. Сейчас там арестовали и в тюрьму повели человека, который стоит дороже, чем пять тысяч таких молодцов, как вы.

    ВТОРОЙ ДВОРЯНИН
Кого же это, скажи, пожалуйста?

    ПЕРЕСПЕЛА
Кого, кого!.. Клавдио, синьора Клавдио!

    ПЕРВЫЙ ДВОРЯНИН
Клавдио... в тюрьму? Не может быть!

    ПЕРЕСПЕЛА
А вот и может: я своими глазами видела, как его повели. Да еще хуже того: через три дня ему голову отрубят.

Акт I, сцена 3. (Перевод Т. Щепкиной-Куперник)

«Меру за меру» часто называют первой из так называемых проблемных пьес — темных и весьма неоднозначных по смыслу комедий. Ее тема — наказание за недостойное сексуальное поведение. Это не только отклик на венские встречи с Блотиусом, пьеса аллегорически затрагивает нравственные проблемы, которые мучили самого Невилла из-за собственного недостойного (впрочем, только политического) поведения. Как раз в то время в английском парламенте обсуждался вопрос о «незаконнорожденных детях», находившихся на попечении церковного прихода по месту рождения. Подход к нравственной теме у Невилла напоминает топологический метод: в математике это метод изучения фигур, меняющих форму, но имеющих постоянные элементы. Этот прием хорошо известен, он встречается в произведениях писателей, скрывающих свое авторство. Во избежание неприятностей (зачастую политических) им приходится прибегать к маскировке, и они трактуют собственные проблемы, обращаясь к темам, которые, казалось бы, не имеют к ним никакого отношения. Название комедии «Мера за меру» восходит к Евангелию от Матфея: «Не судите... какою мерою мерите, такою и вам мерить будут» (7:1—2). Идея смягчающего закон милосердия, надо полагать, постоянно занимала Невилла в то время. А критику воинствующего пуританизма в пьесе следует понимать, наверное, как осуждение жестокого наказания политических заговорщиков, которые руководствовались самыми благородными намерениями.

Уже давно среди критиков Шекспира утвердилось мнение, что комедия «Мера за меру» представляет собой огромную неразрешимую проблему: это «необычная пьеса... обладающая несомненной и неуловимой странностью»10. Утверждается, что она несет на себе печать крутого поворота, если не кризиса, в жизни Шекспира. Но в этот период жизни Шекспира невозможно найти хоть какие-нибудь следы трагических событий. Сколько чернил было изведено в попытках понять, что разбило сердце Великому барду, когда он писал «Меру за меру». И ни одна попытка не увенчалась успехом11. Увязать известные факты жизни стратфордского Шекспира с сюжетом пьесы не удалось никому. В XX веке вообще отказались от каких-либо объяснений. Если же поискать истоки пьесы «Мера за меру» в судьбе сэра Генри Невилла, все сразу встанет на свои места: автор недавно был узником Тауэра, а после освобождения оказался в тисках моральных, сугубо личных проблем, порожденных неудачно складывающими обстоятельствами.

Примечания

1. См.: Gibbsons B. Introduction to "Measure for Measure" (New Cambridge Shakespeare. Cambridge, 1991. P. 1); The Oxford Companion to Shakespeare. P. 184.

2. См.: The Oxford Companion to Shakespeare. P. 184.

3. См.: Historical Manuscript Commission "Salisbury" MSS, XI, 259, — письмо Анны Невилл королеве Елизавете: «Вашему Величеству всегда было приятно... оказывать милосердие преступникам всех степеней, даже действующим в открытую. Если бы м-р Невилл сподобился такой милости и был возвращен мне и его бедным детям, пусть даже мы будем жить в бедности, я была бы счастлива и молилась за Вас».

4. См.: Duncan O.L. Op. cit. P. 193; Hasler P.W. The House of Commons, 1558—1603. Vol. III: Members M—Z. London, 1981. P. 123.

5. См.: Hasler P.W. Op. cit. P. 124.

6. См.: Duncan O.L. Op. cit. P. 193.

7. См.: Halliday F.E. A Shakespeare Companion 1564—1964. London, 1964. P. 93.

8. См.: The Oxford Companion to Shakespeare. P. 72.

9. Возможно, весьма существенным является следующий факт: король Яков I посетил Биллингбер, чтобы посоветоваться с Невиллом о своей книге. Дадли Карлтон — дипломат, оставивший обширную переписку, друг Невилла и двоюродный брат будущего мужа вдовы Невилла — в сентябре 1608 года писал: «Король там |в Биллингбере] недавно побывал, ему оказали пышный прием; в этот раз он не был так занят юными девицами, как в прежние времена. Его раздосадовал отзыв на его книгу; большая часть отзыва написана Парсонсом, но в нем участвовали и другие, судя по разнице стилей» (цит. по: Lee M., Jr., ed. Dudley Carleton to John Chamberlain, Jacobean Letters 1603—1624. Rutgers University, NJ, 1972. P. 105). Король Яков I присутствовал также в Оксфорде на вручении Невиллу степени магистра. За что Невилл получил эту степень, остается неизвестным.

10. Miles R. The Problem of «Measure for Measure»: A Historical Investigation. London, 1976. Pp. 13—14.

11. Ibid. Pp. 31—18.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница