Поиск



Счетчики






Яндекс.Метрика

Путешествие по Европе

Безусловно, самым важным результатом обучения в Оксфорде под руководством Сейвила для Невилла стало длительное европейское путешествие, которое, смеем утверждать, решительно повлияло на развитие всей английской литературы. Путешествие, предпринятое Сейвилом вместе с группой отобранных им отпрысков знатных фамилий, длилось с 1578 по 1582 год1. Кроме Невилла Сейвил взял с собой еще нескольких многообещающих молодых людей из благородных семейств; среди них — Джордж Кэри, позже сэр Джордж, член парламента, посол и судья (ум. 1612), и младший брат сэра Филипа Сидни — Роберт (позднее первый лорд Лейстер, новая ветвь, 1563—1629), видный член парламента, воин и дипломат при короле Якове I. Группа выехала из Оксфорда 7 апреля 1578 года и вернулась весной 1582 года2. Официальная цель путешествия — поиск манускриптов и новых печатных изданий для Мертонской библиотеки, а также встречи с ведущими европейскими учеными. Четыре года — чрезвычайно длинный срок отлучки даже для одного из ведущих преподавателей Оксфордского университета, но Сейвил получил особое разрешение на трехлетний (правда, не четырехлетний) отпуск; причем в течение трех лет ему ежегодно должны были выплачивать сумму в 6 фунтов 13 шиллингов и 4 пенса3. Сейвил оставил обычную тетрадь с черновыми записями о путешествии за 1581—1582 годы (почти не поддающимися расшифровке), хранящуюся сейчас в Бодлеанской библиотеке. Никаких дневниковых записок Невилла о путешествии обнаружить не удалось. Случись иначе, они стали бы бесценным документом для целых поколений исследователей.

Самый важный источник для изучения этого путешествия — дневник Артура Трокмортона4, который повествует о том, как группа Сейвила проводила время в Европе, описывает гостиницы, где путешественники останавливались, виды транспорта, какими тогда пользовались континентальные жители, и т. д. Трокмортон рассказывает, как ехал по Англии, как отплыл от родного берега, как был в Вене и провел вместе с группой Сейвила часть времени в Северной Италии. Сейвил и его подопечные побывали сначала во Франции; затем, в сентябре 1580 года, отправились в Нюрнберг, где посетили знаменитого астронома Иоганна Претория в академии Альтдорфа. Затем их путь лежал через Бреслау, Прагу (начало 1581 года), Вену (июль 1581 года), и они, наконец, добрались до Италии, где останавливались в Падуе, Венеции и Риме5. Группа вернулась домой весной 1582 года, посетив еще раз Нюрнберг. В Праге англичане встречались с выдающимся астрономом Тихо Браге и его коллегами Тадеушем Хажеком и Паулем Виттиком6. Кроме того, Невилл познакомился с выдающимся венгерским гуманистом Андреасом (Андре) Дудитом (1533—1589).

Дудит, почти неизвестный сейчас в англоговорящем мире, был «образован в духе венгерского варианта Эразмова гуманизма». Он жил несколько лет в Англии, где был секретарем кардинала Реджинальда Поула, а в 1563 году был назначен епископом Печским7. Но этот пост ему пришлось покинуть: он женился, принял лютеранскую веру, и католическая церковь предала его проклятию. Дудит стал одним из главных европейских лидеров «Нового знания», он встречался и переписывался с ведущими интеллектуалами и учеными своего времени, собрал библиотеку из пяти тысяч книг. В одном из писем он хвалил математические способности Невилла; примечательно, что самая ранняя похвала в адрес «Уильяма Шекспира» подчеркивает его познания именно в математике8. Если вдуматься, в этом нет ничего удивительного. Математическими способностями обладал, как известно, поэт сэр Филип Сидни. И еще пример, ближе к нашему времени: кембриджский профессор математики Эмпсон в зрелые годы поменял профессию и стал читать студентам лекции о поэзии. Сонеты Шекспира содержат математические и логические головоломки, и мы вправе сказать, что поэзия способна перекинуть мост между литературой и наукой. Но на самом деле в эпоху Ренессанса этого противопоставления не существовало, и, скажем, в Италии союз математики и искусства привел к созданию шедевров архитектуры и живописи. Стоит вспомнить Леонардо да Винчи — и становится ясно, что барьеры между наукой и искусством лишь сужают ум, а не развивают. Человек, который был «Уильямом Шекспиром», имел, надо полагать, интеллект, близкий по уровню уму великого Леонардо.

Дудит известен историкам науки прежде всего как участник диспута, посвященного комете 1577 года. Он выступил на нем против астрологии в защиту математической астрономии. Деятельность Дудита являет собой неожиданную сторону европейского гуманизма, которая — это можно с уверенностью утверждать — была сердцевиной мировоззрения «Уильяма Шекспира»9.

Питер Ашер, профессор астрономии и астрофизики Пенсильванского университета, много писавший о Шекспире и о достижениях астрономии его времени, неоспоримо доказал, что Шекспир обладал глубокими познаниями в этой науке, — он знал об открытиях Галилея, ставших общеизвестными лишь после 1610 года, когда уже были написаны почти все пьесы Шекспира. Математик д-р Стив Сомер в блестящей работе «Таинственная пьеса Шекспира10. Открытие театра "Глобус", 1599», исследовав подоплеку «Юлия Цезаря», также показал, что автор пьесы хорошо знал достижения астрономии и связанные с ней области11. Невозможно себе представить, откуда мог почерпнуть эти знания актер и пайщик театра Уильям Шекспир и что могло хоть как-то пробудить его интерес к предметам такого рода. Тогда как у Невилла после 1578 года были очевидные и документированные связи с ведущими европейскими астрономами.

Во время длительного европейского турне Генри Сейвил и его спутники встречали и других англичан. Во Франции они виделись с уже упоминавшимся Артуром Трокмортоном. Он был сыном сэра Николаса и другом Фрэнсиса Бэкона и его брата Энтони Бэкона (1558—1601), руководившего агентурной сетью Эссекса на континенте. Точная дата приезда Невилла в Англию неизвестна. Он мог, соскучившись по родным, прервать на время столь длинное странствие, ненадолго съездить в Англию и опять вернуться на континент. Сейвил вернулся в Оксфорд в конце 1582 года, и, вполне возможно, вместе с Невиллом12. Таким образом, к окончательному возвращению на родину Невиллу исполнилось двадцать один или двадцать два года. Несомненно: поездка по Европе оказала огромное влияние на многие произведения «Уильяма Шекспира» — действие более чем половины пьес происходит в странах континентальной Европы, главным образом в Италии.

Для ортодоксальных биографов Шекспира огромную проблему представляет не только тот факт, что действие многих шекспировских пьес разворачивается в Европе, но и бесспорное, не понаслышке, знание автором континента, особенно Франции и Италии, где происходят события многих его пьес. Историки и литературные критики, особенно итальянцы, не раз высказывали мнение, что Шекспир знал Италию, что он видел ее собственными глазами. Так, известный шекспировед д-р Эрнесто Грилло, итальянец, живущий в Англии, пишет: «Неизбежен вывод, что Шекспиру приходилось бывать в Милане, Вероне, Венеции, Падуе и Мантуе». Описания мест и топографических примет в его пьесах, зачастую очень подробные, по мнению специалистов, безусловно, результат личных наблюдений автора.

Приведем несколько примеров. В «Укрощении строптивой» читаем: «...если бы Бьонделло уж высадился в Падуе на берег...» (акт I, сцена 1, строка 42). Но Падуя не приморский город, и слова эти вызывают недоумение. Но Грилло выяснил, что в шекспировское время Ломбардия была покрыта сетью рек и каналов и путешественники предпочитали водный путь езде по дорогам, плохим и опасным, — леса вокруг кишели бандитами. Падуя тоже тогда соединялась с Адриатикой водным путем13. В «Венецианском купце» Порция говорит о «траджетто, обыкновенных паромах, на которых плавают в Венецию» (акт III, сцена 4, строки 53—54). Эти «траджетто» (traghetto) перевозили пассажиров с материка в город14. В двух первых изданиях пьес, и в издании ин-кварто, и в Первом фолио слово написано неверно — «транект» (tranect): наборщики, по-видимому, никогда его не слыхали. Шекспир в тексте дал его объяснение — стало быть, понимал, что английская аудитория этого слова не поймет. Немецкий шекспировед XIX века Карл Эльзе установил, что слово «траджетто» не могло встретиться Шекспиру ни в одной книге15. Еще пример: Порция посылает Бальтазара в Падую к знаменитому юристу, чтобы оказать юридическую помощь Антонио. Падуя в то время была юридическим центром Италии, и венецианские юристы признавали ученую степень, полученную только там16. В «Зимней сказке» (акт V, сцена 2, строки 93—98) о Джулио Романо говорится как о «знаменитом мастере» среди ваятелей. Какое-то время считалось, что это ошибка Шекспира, — ведь в Англии Романо был известен лишь как художник. Однако, после того как вышел в свет перевод с итальянского книги Джорджо Вазари «Жизнеописания наиболее знаменитых живописцев, ваятелей и зодчих» (написанной в 1550 году, но долго остававшейся непереведенной), стало известно, что Романо знали и как скульптора, украшавшего лепниной изысканные особняки миланских богачей; об этом говорит и надпись на его надгробном памятнике17. Исследователи нашли много поразительных примеров, подтверждающих то, что Шекспир знал Италию не с чужих слов. Это знание выдают встречающиеся в пьесах мелкие подробности, которые не имеют прямого отношения к сюжету.

Конечно, это не может служить априори доказательством того, что Шекспир из Стратфорда не мог посетить Италию. Проблема в другом, у нас нет никаких свидетельств того, что он там когда-то бывал. Историки просмотрели бесчисленное множество документов, включая первичные паспортные записи, сохранившиеся в Национальном архиве, и не нашли никакого упоминания о том, что Шекспир когда-либо покидал берега Англии. Если бы такие документы нашлись, факт этот сразу бы стал всем известен, и ни одна биография Барда не умолчала бы о нем. Неясно также, когда именно Шекспир мог бы посетить Италию. Во время так называемых «утраченных лет» (ок. 1582—1589) он, как принято думать, учился в Лондоне актерской профессии; к тому же тогда на его попечении были жена и трое детей. Нередко можно услышать мнение, что в эти годы он изучал азы юридической профессии или учительствовал где-то в провинции. Ни в одной из ранних биографий Шекспира, даже таких, как «Краткая жизнь» Джона Обри (1681), написанная во времена, когда еще жили люди, которые могли знать Шекспира, нет и намека на то, что он путешествовал за границей. Некоторые историки, в том числе сэр Э.К. Чемберс, считают, что Шекспир мог путешествовать по Европе в 1593—1594 годах, когда в Лондоне свирепствовала чума и театры были закрыты. Но нет документов, подкрепляющих это мнение (отсутствуют, к примеру, данные, что какая-то английская труппа путешествовала тогда за границей). Кроме того, установлено, что Шекспир в то время работал над поэмой «Венера и Адонис», опубликованной в апреле 1593 года, над «Обесчещенной Лукрецией», вышедшей в мае 1594 года, и, возможно, еще над несколькими пьесами. К тому же путешествовать за границей могли только богатые люди: переправа во Францию стоила тысячу фунтов в пересчете по современному курсу Ввиду вышеизложенного — отсутствия у Шекспира материальных возможностей отправиться за границу, a у исследователей — документальных свидетельств о таком путешествии — почти все современные биографы-стратфордианцы обходят эту проблему молчанием; они стараются не задумываться над тем, где Шекспир мог почерпнуть столь обширные знания и почему решил напитать ими свои пьесы.

Путешествие по Европе принесло много пользы сэру Генри Невиллу: он стал бегло говорить на нескольких европейских языках, приобрел много иностранных книг и рукописей (или же с помощью Сейвила получил к ним доступ), установил прочные контакты с европейскими учеными и книготорговцами18. В шекспировских произведениях имеется более трехсот ссылок на античных и современных авторов, причем многие цитаты взяты из книг, которые еще не были переведены на английский язык. Несколько ранних пьес, включая «Двух веронцев» и «Сон в летнюю ночь», сочинены под сильным влиянием испанского пасторального романа «Диана Энеморада» Жоржа Монтемайора, который был опубликован в Англии не ранее 1598 года. А ведь принято считать, что комедия «Два веронца» написана в 1595 году, а «Сон в летнюю ночь» в 1595—1596 годах19. Напомним: сэр Генри Невилл, без сомнения, знал испанский язык — его даже прочили одно время английским послом в Испании. Что касается Шекспира из Стратфорда, то нет никаких оснований считать, что он хоть немного знал этот язык, читал испанские книги и вообще интересовался ими.

К 1582 году (или около того) определилось два направления в раннем творчестве «Шекспира»: первое — история Англии, гибель и рождение династий; второе — драматические сюжеты (главным образом комедийные), место действия которых — Франция и по большей части Италия. Но нам известно об образовании Генри Невилла еще кое-что. В 1605 году он получил диплом магистра искусств — в Оксфорде на торжественной церемонии по этому поводу присутствовал сам король Яков I. Мы не знаем, за что получил степень сэр Генри, но король, по-видимому, это хорошо знал. Дадли Карлтон, придворный и дипломат, пишет, что король Яков посетил Биллингбер, нуждаясь в помощнике для работы над своими сочинениями20. Эта фраза, сказанная мимоходом в частном письме, несомненно, означает: в определенных кругах знали о писательском даре Невилла — несмотря на то, что под своим именем он ничего не публиковал. В другом письме Карлтон упоминает эпизод из шекспировской пьесы, но драматурга называет просто «мой автор» — похоже, что получатель письма знал, кого именно подразумевает Карлтон21.

Примечания

1. Это путешествие стало в последнее время объектом специального изучения, что является признанием его роли в деле перенесения научных знаний в елизаветинскую Англию (см.: Feingold M. The Matematician's Apprenticeship: Science, Universities, and Knowledge in England, 1560—1640. Cambridge, 1984; Todd R.B. Henry and Thomas Savile in Italy // Bibliotheque d'Humaisme et Renaissance, LVIII, 1996. Pp. 439—444; jardine L. , Stewart A. Op. cit. Pp. 57—63; Nicolson A. Op. cit. P. 165). В последней работе о Невилле неточно сказано: «В дальнейшем при Якове дипломат».

2. См.: Todd R.B. Op. cit. P. 440.

3. Ibidem; Sir Henry Neville // DNB.

4. Этот дневник исследовал A.A. Роуз в кн: Rowse A.L. Ralegh and the Throckmortons. London, 1962.

5. См.: Todd R.B. Op. cit.; Nicolson A. Op. cit.

6. Тихо Браге послал свой портрет-гравюру брату Генри Сейвила — Томасу, и это напрямую касается пьесы «Гамлет». Тихо Браге попросил Томаса Сейвила сделать с гравюры оттиски и подарить «друзьям» в Англии. Невилл, несомненно, был одним из них и, значит, получил портрет Тихо Браге, который был украшен по окоему именами и гербами Розенкранца и Гильденстерна — предков ученого (см.: Feingold M. Op. cit.).

7. См.: Dudith (Duditius) Andreas, in Gillespie Ch.C., ed. Dictionary of Scientific Biography. Vol. 4. New York, 1971. P. 212. Существует биография Дудита, написанная на французском языке: Costil P. Andre Dudith: Humaniste Hungrois, 1533—1589. Paris, 1935.

8. См.: Costil P. Op. cit. P. 135.

9. В словаре Dictionary of Scientific Biography (p. 213) дано описание «полемики о комете», которая, возможно, эхом откликнулась в известных строчках из «Юлия Цезаря»: «Не звезды, милый Брут, а сами мы / Виновны в том, что сделались рабами» (акт I, сцена 2; перевод Мих. Зенкевича).

10. См.: Usher P. Shakespeare Support for the New Astronomy // The Oxfordian. 2005. Vol. 5. Pp. 132—146.

11. См.: Sohmer S. Shakespeare's Mystery Play: The Opening of the Globe Theatre. Manchester, 1999.

12. См.: Feingold M. Op. cit. P. 129.

13. Цит. по: Cockburn N.B. The Bacon Shakespeare Question. Wimbledon, 1998. P. 705.

14. См.: Grillo E. Shakespeare and Italy. Glasgow, 1949. Следует отметить, что Грилло не задается вопросом, Шекспир ли сочинил приписываемые ему пьесы или это сделал кто-то другой. Вот несколько работ (из многих), где доказывается, что Шекспир просто не мог не путешествовать по Италии: Elze K. Essays on Shakespeare. London, 1874; Lambin G. Voyages de Shakespeare en France et en Italie. Geneva, 1962; Roth C. The Background of Shylock // Review of English Studies. 1933. Vol. 9. No 35. July. Pp. 148—156. См. также эссе д-ра Ноэми Магри в кн.: Malim R., ed. Great Oxford: Essays on the Life and Work of Edward De Vere, 17th Earl of Oxford, 1550—1604. Tubridge Wells, 2004. Pp. 45—106.

15. Ibid. P. 710.

16. Ibidem.

17. Ibid. P. 712.

18. Из сохранившихся бумаг и корреспонденции Невилла мы знаем, что он свободно владел французским и испанским, мог читать по-итальянски, по-немецки, по-датски и, конечно, на латыни и греческом.

19. См.: Cockburn N.B. Op. cit. Pp. 71—72; Halliday F.F. A Shakespeare Companion, 1564—1964. Hammondsworth, 1964. Pp. 316, 506. Очень подробное исследование источников произведений Шекспира см. в кн.: Gillespie S. Shakespeare's Books: A Dictionary of Shakespeare's Sources. London, 2004.

20. Письмо Карлтона Чемберлену в Итон от 20 сентября 1608 года см. в кн.: Lee M., Jr., ed. Dudley Carleton to John Chamberlain, Jacobean Letters 1603—1624. Rutgers University, NJ, 1972. P. 105.

21. Письмо Карлтона Чемберлену в Лондон от 20 августа 1606 года см.: ibid. P. 88.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница