Рекомендуем

Пульсар и Юкон официальный сайт pulsar.guru.

Поиск



Счетчики






Яндекс.Метрика

Неизвестная беседа королевы с Горацио и мнение Гамлета о шутах

Важное различие между двумя изданиями можно увидеть и в обрисовке королевы. В более полном, каноническом тексте нет прямых слов, отрицающих ее соучастие в убийстве первого мужа, хотя о ее невиновности можно догадываться. В первом издании в ее уста вложены слова: «Клянусь небесами, я ничего не знала об этом ужаснейшем убийстве». Во втором издании королева и после объяснения с Гамлетом, что называется, сохраняет нейтралитет в борьбе ее сына с нынешним королем. В первом издании королева становилась союзницей Гамлета. В конце их беседы она ему говорила:

О, Гамлет, я клянусь тебе всевышним,
Кто знает наши мысли и сердца,
Какой бы хитрый план ты ни задумал,
Смолчу и всем, чем нужно, помогу1.

В подлиннике «хитрый план» назван «стратагемой».

Гамлет принимает королеву в союзницы. Когда он сбежал с корабля, который вез его в Англию на верную смерть, он прислал письмо Горацио. В первом издании друг принца и сообщает о его возвращении королеве. Более того, для этого создана сцена беседы Горацио с королевой, совершенно отсутствующая во втором издании. В более позднем тексте письма от Гамлета доставляются Горацио и королю моряками, королева же не знает о возвращении Гамлета вплоть до его появления на кладбище во время похорон Офелии.

Привожу сцену беседы королевы с Горацио, отсутствующую во втором издании и не включенную в канонический текст:

Горацио.

Ваш сын сюда вернулся невредимым.
Он пишет мне, что избежал ловушки,
Которую король хитро подстроил.
На корабле во время бури Гамлет
Нашел письмо английскому монарху
С приказом, чтоб он принца предал казни.
При первой встрече с вами, ваша милость,
Расскажет он подробно все, как было.

Королева.

Так, значит, взгляд его таил измену
И под улыбкой пряталось злодейство.
Что ж, буду угождать ему, как прежде, —
Убийцы подозрительны всегда.
Горацио, а где сейчас мой Гамлет?

Горацио.

Сударыня, он мне назначил встречу
В восточном пригороде завтра утром.

Королева.

Не опоздай, Горацио добрейший,
И передай ему, я опасаюсь,
Чтоб он себя не выдал раньше срока,
Не то он не добьется своей цели.

Горацио.

Сударыня, во мне не сомневайтесь.
Но весть о возвращении его дошла
И до двора. Что Гамлет возвратился,
Узнать легко, взглянув на короля, —
Он этого не ожидал.

Королева.

А Гильдерстон и Розенкрафт, — что с ними?

Горацио.

Он на берег сошел, а эти оба
Поплыли в Англию с посланьем страшным:
Их ждет там казнь, что принцу угрожала.
Печать отца была при нем. Подделки
Письма там обнаружить не сумеют.

Королева.

Хвала всевышнему, что спас нам принца,
И тысяча благословений сыну.
Горацио, я вас должна покинуть.

Горацио.

Прощайте, государыня.

Заметим еще раз, королева знает о намерении Гамлета мстить за убийство отца. Более того, она желает ему удачи и боится, чтобы он нечаянно не выдал себя, ибо это помешало бы мести. Из речей королевы ясно также, что она теперь не вступает в открытую вражду с мужем, боясь вызвать его подозрения. Словом, если королева и не активна, то, во всяком случае, она на стороне Гамлета и желает ему успеха.

В этой сцене рассказ о том, как спасся Гамлет, изложен кратко и не очень внятно. Во втором издании есть целая сцепа, в которой Гамлет подробно рассказывает Горацио, как он ночью пробрался в каюту Розенкранца и Гильденстерна, нашел письмо, вскрыл его и написал взамен другое, в котором содержался приказ казнить их немедленно по прибытии в Англию. Этот эпизод помещен в самом конце пьесы (V, 2) незадолго до начала поединка с Лаэртом. В первом варианте для этого рассказа отведено место сразу же после события. В каноническом тексте подробности спасения Гамлета и судьба Розенкранца и Гильденстерна сообщаются значительно позже, когда новость о возвращении Гамлета перестала быть драматичной.

В раннем варианте первая реплика королевы не прямо связана с концом речи Горацио. Он, правда, упоминает о коварстве короля и затем добавляет, что принц сам расскажет королеве, как ему удалось спастись. Королева отвечает: «Так, значит, взгляд его таил измену...» Зрители должны догадываться, что «его» подразумевает не Гамлета, а короля...

В первом издании есть еще одно добавление к тексту. Но сначала возьмем более полный текст второго издания. Давая советы актерам, Гамлет, как помнит читатель, требует от шута, чтобы он не выходил за пределы написанной роли: «А тем, кто у вас играет шутов, давайте говорить не больше, чем им полагается, потому что среди них бывают такие, которые сами начинают смеяться, чтобы рассмешить известное количество зрителей, хотя как раз в этом месте требуется внимание к какому-нибудь важному месту пьесы; это пошло и доказывает весьма прискорбное тщеславие у того дурака, который так делает» (III, 2).

В первом издании речь Гамлета не кончается на этом. Его следующие слова набраны как стихи, хотя на самом деле вся реплика написана прозой. Сохраняю, однако, тот вид, в каком этот текст напечатан в первом издании:

И есть еще такие, у которых один и тот же
Набор шуток, вроде человека, которого узнают
По одному костюму; и джентльмены, по своим табличкам,
Зачитывают его шутки раньше, чем он вышел на сцену,
Например: Подождите, пожалуйста, пока я съем мою кашу,
Или: вы мне должны жалованье за три месяца; и еще:
Моей куртке не хватает рукавов,
И — ваше пиво скисло, — вот так, шлепая губами,
И извлекает все из своего набора шуток,
Бог знает, что такому теплому клоуну
Ни за что не выдавить из себя настоящую шутку,
Разве что случайно, как слепому удается поймать зайца.
Скажите ему все это, господа.

Откуда взялись эти вариации на тему излишеств и бездарности шутовских реплик клоунов? Почему их так много в первом издании и так мало во втором?

Наконец, в первом издании есть еще одна особенность. Она касается имен действующих лиц. Читатель, вероятно, заметил, что в беседе с Горацио королева справляется о двух спутниках Гамлета: «А Гильдерстон и Розенкрафт, — что с ними?» Да, в первом издании Гильденстерн и Розенкранц называются именно так. У Полония тоже другое имя. Он называется в раннем варианте Корамбис. Имя Лаэрта (Laertes) на протяжении всего текста пишется Leartes, а сокращенно перед началом реплик просто Lear — точно, как имя короля Лира. Придворные, которых король отправляет в Норвегию, именуются Корнелия и Вольтемар; мы их знаем под именами Корнелий и Вольтеманд.

Таковы наиболее существенные различия между первым и вторым изданием «Гамлета». Напомним, что третий текст появился в 1623 г. в изданном тогда собрании драматических произведений Шекспира.

Примечания

1. Все переводы из кварто 1603 г. сделаны мной, — А.А.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница