Рекомендуем

Электронная библиотека проектирование кабельных сетей http://www.atmseti.ru.

Поиск



Счетчики






Яндекс.Метрика

«Феникс и Голубь»

Небольшая поэма Шекспира, вошедшая в сборник «Жертва любви, или Жалоба Розалинды» (это достаточно типичное название никак не связано со смыслом книги). Сохранились три экземпляра этого сборника, причем в одном из них отсутствует дата. Второй датирован 1601 годом, а третий—1611-м, однако этот год указан на обложке, содержащей абсолютно другой текст и, к тому же, малопристойную опечатку. Печатником книги указан некий Мэтью Лаунз, тогда как в двух других экземплярах упоминается Роберт Филд, опубликовавший в 1592—1593 годах поэмы Шекспира (содержится даже его типографский знак). Тем не менее набор в третьем экземпляре точно такой же, и даже совпадают водяные знаки. Сравнительно недавно был найден четвертый экземпляр, где вообще отсутствует обложка. Издателем сборника был Роберт Блаунт, впоследствии выпустивший Первое фолио Шекспира. Книга не была зарегистрирована в Компании печатников и книгоиздателей (такое иногда случалось), что, естественно, осложняет вопрос датировки. Публикацию сборника принято относить к 1601 году; иногда упоминают о его переиздании спустя десять лет.

Чтобы понять поэму Шекспира, нужно иметь представление обо всем сборнике. Его открывает и занимает в нем основную часть поэма Роберта Честера, представленная как перевод из итальянского писателя Торквато Челиано. На самом деле такого писателя никогда не было, и поэма является произведением самого Честера. В этом произведении изложена история любви птицы Феникс и живущего на острове Пафос Голубя, который болен и страдает за свои грехи. Они сгорают в пламени Аполлона, где после этого возникает новое, более совершенное создание.

Поэма Честера открывается прозаическим посвящением сэру Джону Солсбери. Из-за этого делался вывод, что ему посвящен и весь сборник Однако совершенно невозможно считать поэму Честера и примыкающие к ней произведения гораздо более известных авторов (на тот же сюжет) прославением и свадьбы Солсбери, состоявшейся еще в 1586 году, и его вполне удачного брака. Э. Хонингмэн отметил, что как раз в 1601 году Солсбери переживал финансовые трудности, оказался втянут в дорогостоящий судебный процесс, а также хотел быть избранным в парламент, имея в графстве Денбишир, где он проживал, сильного соперника. Однако в таком случае посвящение Солсбери выражает собой поддержку ему и не имеет к самому содержанию сборника никакого отношения.

Совершенно неубедительной выглядит попытка первого комментатора поэмы Шекспира Александера Гроссарта, переиздавшего в 1878 году весь честеровский сборник, связать любовь Феникс и Голубя с королевой Елизаветой и графом Эссексом.

После окончания поэмы Честера помещены стихотворения («кантос»), которые приписываются Голубю и якобы написаны им для Феникс. Это очень сложные по форме акростихи, где первые слова стихотворных строк образуют отдельные фразы, напечатанные курсивом сбоку.

В своей книге «Обоюдное пламя» (1955) Уилсон Найт отметил немало общего с пьесами и сонетами Шекспира. Он также обратил внимание на то, что, хотя в поэме Честера Феникс является женщиной, а Голубь — мужчиной, в «кантос» о каждом из них говорится то «он», то «она». Некоторые черты Феникс больше подходят мужчине, а черты Голубя, женщине. Это как бы отчасти оправдывает ошибку Левика, который сделал в своем переводе поэмы Шекспира из Голубя голубку, хотя совершенно непонятно, как он мог не заметить упоминания о Голубе и его королеве.

В «Метаморфозах» Овидия все связанные с Фениксом местоимения — женского рода, однако это имеет отношение не к самому имени, а к слову «птица». Пол Феникса остается неопределенным. После «кантос» идет второй титульный лист — шмуцтитул. Здесь также содержится посвящение Джону Солсбери и указывается 1601 год. Шмуцтитул открывает раздел, в который входят произведения других участников сборника. Первые четыре стихотворения подписаны псевдонимами: два — псевдонимом «Хор Поэтов» (на латыни), еще два — Ignoto («Неизвестный»). Второе стихотворение «Хора Поэтов» опять-таки содержит обращение к Солсбери.

Вслед за стихотворениями «Неизвестного» идет поэма Шекспира, которая напечатана без заглавия. Завершающий ее «Плач» не только, оставляя прежний размер, переходит с четырехстиший на трехстишия, но также окаймлен (сверху и снизу) бордюром. Его можно было бы считать отдельным стихотворением, если бы не полное единство стиля и содержания.

Впрочем, каждый из участников второго раздела (за исключением Чапмена) представлен парным количеством произведений, и второе, как правило, выглядит продолжением первого. Под заключительным трехстишием стоит подпись: «Уильям Шекспир»; фамилия, как и на обложке книги сонетов, напечатана через дефис.

Затем следуют произведения Джона Марстона и Бена Джонсона (каждый из них представлен четырьмя). Обоих авторов разделяет стихотворение Джона Чапмена. После «Восторженной оды» Джонсона стоит латинское слою finis, которое означает «конец». Два своих произведения из честеровского сборника (стихотворение «Прелюдия» и поэму «Эпос») Джонсон включил в фолио «Труды» (1616).

Датировку сборника начал оспаривать только И. Гилилов — на основе экземпляра с бракованной и непонятно откуда взявшейся обложкой, где шмуцтитул тем не менее указывает все на тот же 1601 год. С некоторыми его аргументами, впрочем, можно согласиться или по крайней мере посчитать их заслуживающими внимания.

Однако Гилилова не может устроить и 1611 год. Ему необходимо, чтобы сборник вышел в 1612—1613 годах, уже после смерти графа Ратленда и (как полагает Гилилов) жены графа. По мнению Гилилова, именно они изображены в виде Феникса и Голубя (болезнь Ратленда удачно совпадает с упоминанием о болезни Голубя). Возникшее создание, новый Феникс, то Совершенство, которому посвятил свои стихотворения Марстон, символизирует их совместное творчество.

Но Ратленд женился на 14-летней Элизабет Сидни в конце 1599 года. За год до этого вышла книга Мереза, где упомянуты двенадцать пьес Шекспира (на самом деле их было больше). Совместное творчество могло начаться только после венчания. Однако расхваленный ратлендианцами платонический брак, якобы отраженный в поэме «Феникс и Голубь», оказался крайне неудачным.

В 1605—1610 годах графиня практически не бывала в Бельвуаре, замке мужа, живя в основном у своей тетки графини Пембрук Затем последовали возвращение и попытка примириться. К чему они привели, показывает тот факт, что Ратленд даже не упомянул жену в собственном завещании, хотя и по теории Гилилова она была еще жива.

Самое убедительное объяснение поэмы «Феникс и Голубь» и вообще всего честеровского сборника дал Антон Нестеров. Исследуя «Гимн Совершенству» Марстона, он констатировал, что «все эпитеты в этих стихах способны начисто дезориентировать современного читателя» (неслучайно и свой анализ «кантос» Уилсон Найт закончил словами: «Возможно, здесь заключено гораздо больше, чем обычно предполагается»).

Однако они были вполне понятны современникам поэта, потому что именно «сходными эпитетами алхимики XVI—XVII вв. определяли... Философский камень», воспринимавшийся ими как идеальное совершенство.

Далее А. Нестеров приводит доказывающие это цитаты. В одном из алхимических текстов «поиски Камня описываются как поиски птицы Феникс», в другом мужчина и женщина должны соединиться «на ложе пламени и согласия», стать из двух одним. Именно это описано в поэме Шекспира. Такое соединение необходимо для достижения Камнем «царственного достоинства».

«Феникс и Голубь» начинается с упоминания о какой-то неназванной птице, «сидящей на одиноком дереве в Аравии». Именно она призывает других птиц почтить гибель Феникс и Голубя. У Шекспира, если не считать этой поэмы, Феникс упомянута (упомянут) в восьми пьесах, сонете 19 и «Жалобах влюбленной».

Особенно важна здесь «Буря», где говорится про дерево в Аравии, трон Феникса. Упоминание о том, что Феникс обитает в Аравии, восходит еще к знаменитому древнегреческому историку Геродоту. Эта традиция сохранялась, в своем «Трактате о птицах» автор XIII века Гуго Фальет называет Феникса арабской птицей, которую определяет как аллегорию «воскресшего Христа».

Как пишет А. Нестеров, «поминками по "погибшим в огне"» Голубю и Фениксу в шекспировской поэме распоряжается... Феникс. Естественно заключить, что речь идет о Фениксе воскресшем». То, что его имя не названо, видимо, вызвано дальнейшим упоминанием о Феникс как о королеве, существе женского рода, возлюбленной Голубя. Но это касается уже умершей птицы Феникс. Современному образованному читателю и без упоминания имени было понятно, что Шекспир ведет речь о двух Фениксах: вторая птица возникла после соединения мужского начала Голубя с женским началом Феникс и обладает своей двуполой природой. Философский камень всегда определялся как «двойная сущность», созданная союзом Солнца и Луны или мужского и женского начал.

По мнению А. Нестерова, «европейцы XV—XVII веков прекрасно чувствовали, что же стоит за образами Феникса, Голубя, погибших и воскресших возлюбленных и т. п.»

Да и сейчас одно лишь смещение полов в «кантос» (уже предвосхищающее двуполую природу) должно навести на мысль о том, что здесь не могли иметься в виду какие-то реальные люди. Все упомянутые в шекспировской поэме птицы (орел, лебедь, ворон) имели отношение к алхимии; связан с нею и голубь.

Остается упомянуть о загадочном Джоне Солсбери. Он умер 24 июля 1612 года в возрасте 46 лет, нотариус, указавший эту дату, отметил, что тело было предано земле той же ночью.

Учитывая, что похороны графа Ратленда (состоявшиеся лишь на четыре дня раньше похорон Солсбери) носили еще более странный характер и в обоих случаях можно предположить отсутствие мертвых тел, не исключено, что Ратленд симулировал свою болезнь, и они вместе с Солсбери уехали за границу для участия в возникающем религиозно-мистическом движении розенкрейцеров, где немалую роль играла алхимия, которая считалась в то время универсальной наукой. Ее адепты именовали себя философами.

Возможно, в числе таких адептов был Джон Солсбери, заказавший издание честеровского сборника и привлекший к участию в нем самого Шекспира.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница