Поиск



Счетчики






Яндекс.Метрика

«Тит Андроник»

Хенслоу указывал в своем дневнике, что пьеса была поставлена в его театре «Роза» 24 января 1594 года Слугами графа Сассекса, и назвал представление новым. Смущает упоминание труппы, но вполне вероятно, что Ричард Бёрбедж добившийся исполнением роли Ричарда III большой популярности, на какое-то время порвал при поддержке Шекспира со своим отцом и организовал новую труппу, называвшуюся Слуги графа Сассекса (какие-либо другие сведения о ней отсутствуют). Вероятно, именно поэтому пьеса была поставлена не в «Театре» Джеймса Бёрбеджа, а в «Розе» Хенслоу. Уже 6 февраля пьеса была зарегистрирована для будущей публикации. Первое кварто вышло в том же году (из-за убытков, перенесенных во время чумы, труппы на какой-то срок позволили себе публикации пьес). Упоминание о том, что пьеса «игралась слугами Достопочтенного графа Дерби, графа Пембрука и графа Сассекса», очевидно, носило чисто рекламный характер. То, что в пьесе неизвестного автора «Как распознать мошенника», впервые поставленной, согласно все тому же дневнику Хенслоу, в 1592 году, есть ссылка на один из первых эпизодов «Тита Андроника», ни о чем не говорит. Текст пьесы известен по изданию 1594 года; это допускает вставку, вдохновленную трагедией Шекспира. «Как распознать мошенника» была зарегистрирована на месяц раньше 'Тита Андроника», но очевидно, автор был знаком если не с текстом, то по крайней мере с сюжетом пьесы. Изменения могли быть внесены и во время издания кварто. В 1593 году по причине чумы театральная жизнь в Англии практически прекратилась, и многие драматурги занялись поэтическим творчеством. Шекспир написал по крайней мере одну из двух своих крупных поэм — «Насилие над Лукрецией»; Марло начал писать поэму «Геро и Леандр», законченную после его гибели Джорджем Чапмэном. Довольно логично, что после своего первого обращения к древнеримской истории Шекспир продолжил его и как драматург (тем более, что в обоих случаях присутствует тема изнасилования, а Лукреция упоминается в тексте трагедии). Однако, если в «Насилии над Лукрецией» Шекспир обращался к Овидию и Титу Ливию, в 'Тите Андронике» какой-либо исторический источник отсутствует. Герои носят вполне римские имена (Тит Андроник, Сатурнин, Люций), упоминается война с готами и плененные готы играют очень важную роль, однако никаких подобных событий и лиц в древнеримской истории не было. Сюжет явно придуман самим Шекспиром. В эти годы был очень популярен жанр «кровавой трагедии», в определенном смысле восходящий к драматургии Сенеки. Ярче всего он проявился даже не в пьесах Марло, а в «Испанской трагедии» Томаса Кида (1592). Кстати, Бёрбедж играл главного героя Иеронимо, и наряду с ролью Ричарда III это, безусловно, усилило его славу. Кид поразил публику количеством злодейств. Шекспир, который, как показало его дальнейшее творчество, был далек от такого подхода, видимо, стремился показать, что он способен проявить себя и здесь. Используя некоторые приемы Кида, он превзошел его числом ужасов.

Пьеса начинается с появления в Риме полководца Тита Андроника, одержавшего победу над готами. Еще до этого показан конфликт между сыновьями недавно умершего императора Сатурнином и Бассианом. Затем Тит произносит торжественный монолог у гробницы своих предков, а его сын Люций призывает принести в жертву одного из плененных готов. Тит решает поступить так со старшим сыном царицы Таморы (здесь Шекспир явно использует, слегка изменив, имя знаменитой грузинской царицы Тамары) Аларбом. Несмотря на просьбу Таморы пощадить сына, Аларба уводят и казнят за сценой. Брат Тита Марк Андроник старается убедить того, что народ может избрать его императором, но Тит, имеющий возможность принять любое решение, уступает власть Сатурнину. В благодарность за это Сатурнин хочет жениться на его дочери Лавинии. Но с Лавинией уже тайно обручен Бассиан. Он уводит ее вместе с Марком Андроником, а ее брат Муций остается охранять двери. Когда Муций не пропускает отца, стремящегося в погоню, тот убивает его (надо сказать, что большинство сыновей Тита Андроника погибли в сражениях, и в живых оставалось только четверо). Сатурнин неожиданно объявляет императрицей Тамору, которая и до этого ему очень понравилась. Тамора негромко сообщает ему о своей ненависти к Титу и детям того, говорит, что народ может свергнуть Сатурнина и отдать власть Титу. Во втором акте Тамора встречается в лесу с Бассианом и Лавинией. Несмотря на приветливое обращение Бассиана, Тамора туг же подвергает его оскорблениям. В ответ на это Лавиния (совершенно справедливо) говорит о том, что Тамора изменяет императору с мавром Аароном. Появляются сыновья Таморы Деметрий и Хирон (любопытно, что готы носят греческие, иудейские и даже грузинские имена, а один из них является негром). Тамора рассказывает им, что ей чудовищно угрожали, называли прелюбодейкой, другими бранными словами. Сыновья Таморы убивают Бассиана. Затем они бросают тело Бассиана в подготовленную Аароном яму и уходят вместе с Лавинией. За сценой они насилуют ее, а также отрубают ей руки и отрезают язык, чтобы она не могла сообщить о том, кто совершил оба преступления. В это же время сыновья Тита Квинт и Марций падают в яму. Появляется Сатурнин; Тамора передает ему подложное письмо о планируемом убийстве Бассиана (она устроила так, что нашел это письмо пришедший вместе с ней Тит Андроник). Увидев в яме рядом с убитым Бассианом сыновей Тита, Сатурнин обвиняет их в убийстве своего брата. Потрясенный предстоящей казнью сыновей, Тит видит и изувеченную Лавинию, которую приводит Марк Андроник Появляется Аарон; он обманывает Тита, утверждая, что, если он, его брат Марк или сын Люций отрубят себе руку, сыновья (на самом деле уже казненные) будут спасены от казни. Все трое готовы отрубить руку; Марк и Люций, отговаривая Тита и споря друг с другом, отправляются за топором. Тит, стремясь обмануть их, просит Аарона отрубить себе левую руку, что тот охотно делает. Возвращаются Марк и Люций, так и не решившие свой спор; затем гонец приносит руку Тита и головы его сыновей. Потрясенный страданиями, Тит впадает в состояние редкостного гуманизма. Он даже жалеет муху, которую убил Марк, говорит, что она прилетела потешить их своим жужжанием. Марк сравнивает черную муху с мавром Аароном, и в Тите зарождается, возрастая, чувство мести. Лавиния пытается написать имена преступников, но ей это не удается. Марк советует ей сделать это тростью, взятой в рот, и сам пишет так свое имя. Лавиния пишет имена Деметрия и Хирона. Так Тит и его брат узнают имена преступников. Положение императора Сатурнина резко ухудшается. Казнь сыновей Тита вызывает возмущение римлян; кроме того, становится известно, что изгнанный за попытку спасти казненных братьев Люций возглавил войско готов и собирается напасть на Рим.

Ситуация предвосхищает и «Макбет», и «Кориолана». Сатурнин готов на переговоры, готов выдать и заложников, но Люций требует послать их его отцу или дяде Марку. Тем временем Тамора приходит в дом к Титу и изображает из себя Месть, но Тита это не обманывает. Тамора не знает, что месть — и страшная месть! — ожидает ее саму. Тамору сопровождали ее сыновья. Считая Тита безумцем и не опасаясь его (к тому же внук Тита и сын Люция, Люций Младший, принес им в подарок от деда оружие; только Аарон понял, что это обман, но ничего не сказал), Деметрий и Хирон просят мать уйти. Почти сразу после ее ухода появляются племянник Тита и другие его сторонники. Сыновья Таморы оказываются в его руках, и Тит на глазах Лавинии убивает их. Тит приглашает в свой дом Сатурнина, Тамору, трибунов, сенаторов. Свой «пир» он начинает убийством Лавинии, уничтожая таким образом ее позор (следует отметить, что Лавиния о смерти не просила). Он сравнивает себя с Виргинией, который убил свою дочь, чтобы та избежала бесчестья. Это не единственная античная параллель, связанная с Лавинией; ранее она сопоставлялась с Филомелой, которой также и на том же основании был отрезан язык Сейчас же, обвиненный Таморой в убийстве дочери, он называет убийцами Деметрия и Хирона, рассказывая, что они сделали. Сатурнин приказывает привести их сюда. И тут Тит открывает главную тайну: из сыновей Таморы был приготовлен пирог, который ела их мать.

Эпизод вызывает явную параллель как с судьбой обесчестившего Филомелу Терея, которого Филомела и ее сестра Прокна обманом заставили съесть кушанье из сына (матерью которого, кстати, была сама Прокна), так и судьба Фиеста, съевшего яства из мяса своих сыновей. Все эти древнегреческие мифы, изложенные в «Метаморфозах» Овидия (эту книгу, а именно историю Филомелы, кстати, читала Лавиния), никогда не вызывали возмущения, хотя убитые в них сыновья не были ни в чем повинны, а сын Терея вообще был ребенком. Сообщив все, Тит убивает Тамору, Сатурнин убивает его, а присутствовавший здесь Люций — Сатурнина. Вскоре и Марк Андроник и бывший сторонник Сатурнина Эмилий, поддержанные всеми присутствующими, объявляют Люция цезарем. Единственный из преступников, кто остался в живых, это плененный Люцием Аарон. Люций приказывает зарыть его в землю по грудь и не кормить. Каждый, кто поможет Аарону, должен быть казнен. Аарон произносит напоследок речь, типичную для героя-злодея. Он не желает раскаиваться, говорит, что сотворил бы гораздо больше зла, если бы ему дали юлю, и раскаивается, если хоть раз совершил добро. Но это выглядит не штампом — скорее нарочитой и мужественной игрой.

Когда Аарон пытался бежать из Рима с сыном-негритенком, которого родила от него Тамора, в нем чувствовалась искренняя отцовская любовь. Даже жалость о том, что сын не родился похожим на мать (что позволило бы объявить его сыном Сатурнина и он мог бы стать императором), звучит именно как жалость за сына. Будучи пленен, Аарон, обещая рассказать обо всех преступлениях (что он действительно потом делает) уговаривает Люция спасти и воспитать негритенка. Тот клянется богом выполнить это. 'Тит Андроник», как и вообще жанр «кровавой трагедии», пользовался успехом. Вслед за первым кварто вышло еще два издания (1600, 1611). В 1614 году, уже после завершения Шекспиром своей творческой деятельности, Бен Джонсон иронизировал в прологе к своей комедии «Варфоломеевская ярмарка» над тем, что «Испанская трагедия» и 'Тит Андроник» продолжают находить поклонников. То есть пьеса имела поклонников и через двадцать лет! Жанр продолжали в своем творчестве ряд драматургов. Шекспир к такому стилю больше не возвращался. Все же надо отметить, что некоторые схожие элементы в его шедеврах есть. В 'Тите Андронике» не только зверское насилие над Лавинией, но и вполне естественные для обычной трагедии эпизоды: казнь старшего сына Таморы, казнь сыновей Тита происходят за сценой (видимо, только по той причине, что показать отрубание голов на сцене невозможно). Между тем Отелло душит Дездемону на сцене, и на сцене происходит ослепление Глостера в «Короле Лире» (которое, по мнению Аникста, должно было вызывать у большинства зрителей удовольствие). Прошло время, и отношение к пьесе изменилось. Не случайно именно ее так часто и очень долго подвергали адаптации. Классицисты, формально восторгаясь античностью, не принимали ее жестоких сторон, отраженных Шекспиром.

Один из авторов адаптаций, драматург XVII века Эдуард Рейвенскрофт утверждал, ссылаясь на людей, осведомленных в театральных делах, что Шекспир использовал пьесу другого автора, которую лишь слегка переделал. Рейвенскрофт верил в это и заявлял, что данное произведение «напоминает скорее кучу мусора, нежели постройку». С этого и начались попытки отгородить Шекспира от «кошмарной» пьесы. Выдвигались доказательства того, что «Тит Андроник» отличается лексикой и фразеологией от пьес, бесспорно принадлежащих Шекспиру. Как и в случае с «Генрихом VI», находили сходство с пьесами других авторов. Кандидаты были все те же: Марло, Грин, Кид, Нэш, Пиль. Однако Мерез упомянул «Тит Андроник» среди трагедий Шекспира, а спустя двадцать пять лет пьеса вошла в Первое фолио. Уже этих двух фактов достаточно, чтобы доказать авторство. Как остроумно заметил А. Аникст: «Разве мы поверили бы, что Гете, написавший "Фауста", был также автором "Триумфа чувствительности", если бы не знали этого наверняка?» А можно ли представить, не зная наверняка, что один и тот же автор (Лермонтов) написал и «Выхожу один я на дорогу...», и «юнкерские поэмы» (расхождение гораздо более сильное, чем в случае с Шекспиром)? Когда в 1955 году «Тит Андроник» был впервые после многовекового перерыва поставлен в Англии с сохранением подлинного текста, многие зрители покидали зал; одна из женщин упала в обморок. Но происходившие в западном искусстве перемены меняли отношение.

Американский режиссер, ставивший пьесу, заявил, говоря об изнасиловании Лавинии, что такие вещи происходят в его стране каждый день. Определенные особенности современного кинематографа (так, нашумевший «Калигула» Тинто Брасса заметно превосходит жестокостью и соединенным с порнографией натурализмом пьесу Шекспира) вызывали удивление, что вполне соответствующий им 'Тит Андроник» до сих пор не экранизирован. Ситуация была исправлена в 2000 году американским фильмом «Титус» с Энтони Хопкинсом в главной роли.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница