Поиск



Счетчики






Яндекс.Метрика

«Сон в летнюю ночь»

Комедия была, как считает большинство шекспироведов, написана в первой половине 1595 года и впервые сыграна в честь свадьбы графа Уильяма Дерби и Элизабет де Вер. Однако представление явно состоялось не в январе, когда женился граф Дерби, а несколько позже. Упоминание в названии выражения midsummer night («ночь в середине лета») четко указывает на праздник в ночь с 23 на 24 июня, который у нас называется праздником Ивана Купалы. Для этого есть основания в пьесе, о которых будет сказано ниже, но в первой сцене четвертого акта Тезей упоминает «майские игры». Видимо, именно в мае и состоялась премьера.

Упоминание Титании о недавних стихийных бедствиях и наводнении явно указывает на погодные условия 1593 и 1594 годов. Это лишь подтверждает датировку.

Шекспир, увлеченный в предыдущем году Италией, страной-символом Ренессанса («Ромео и Джульетта», «Два веронца», предполагаемый перенос в Италию действия «Укрощения строптивой»), неожиданно вновь возвращается к Древней Греции. Но это не возвращение к античности — это прощание с ней.

Шекспир, конечно, читал в переводе или даже в оригинале «Сравнительные жизнеописания» Плутарха, где описывается и Тезей. Однако его Тезей ближе к рассказу рыцаря из «Кентерберийских рассказов» Джеффри Чосера, который навеян «Тезеидой» Боккаччо. Да и вообще Тезей, как и царица амазонок Ипполита, на которой он женится (об этом бракосочетании тоже писал Чосер), не играют в пьесе большой роли, действуя лишь в начале и конце.

В начале пьесы Эгей, отец Гермии, жалуется афинскому царю Тезею на свою дочь, которой он выбрал в мужья Деметрия. Гермия же любит Лизандра и хочет стать его женой. Тезей, защищая отцовское право, велит девушке подчиниться. Однако Гермия бежит вместе с возлюбленным в лес. Туда же отправляются и Деметрий, и влюбленная в Лизандра Елена. В «Двух веронцах» Шекспир, переведя финальное действие в близкий к английскому фольклору лес, сумел закончить комедию реальным, но сказочным по духу финалом. Возможно, именно это вдохновило его на создании пьесы, большая часть действия которой происходит в лесу, а сказочные мотивы уже приобретают откровенно фольклорный характер.

Все четверо попадают в совершенно иной мир. Здесь правит не Тезей, а лесной царь Оберон, чье имя заимствовано из средневекового рыцарского романа «Гюон Бордосский» (его использовал и Грин в «Джеймсе IV», и Спенсер в «Королеве фей», так что оно стало уже общепринятым). Имя его жены Титании Шекспир заимствовал у Овидия, «Метаморфозы» которого он учил еще в школе (там оно является одним из прозвищ Дианы). Обе-рону подчинены все лесные эльфы. Эти сказочные персонажи крайне далеки от античности и очень близки к английскому фольклору, а один из них, дух Пэк (Добрый Малый Робин) вообще являлся популярнейшим героем английских сказок.

Превращение Основы в осла могло быть заимствовано и у Овидия, и из «Неистового Орландо» Людовико Ариосто, и просто из фольклора.

Надо сказать, что многие родственники Шекспира продолжали жить в деревнях рядом со Стратфордом. Нетрудно предположить, что Шекспир еще ребенком проводил там лето и слушал народные сказки, которые и отразились в его комедии. Уже блестяще умевший работать с источниками, создавая нечто вроде современных экранизаций, Шекспир, используя отдельные имена, придумал сюжет «Сна в летнюю ночь» самостоятельно.

Оберон узнал про маленький цветок, пораженный стрелой Купидона. Если смазать им веки спящего или спящей, они влюбятся в первое живое существо, которое увидят. Оберон собирается отомстить своей жене — они поругались, Титания не хочет отдавать ему в пажи сына своей умершей подруги. И он посылает Пэка, способного облететь земной шар за полчаса, принести этот цветок.

Деметрий ищет Гермию и Лизандра; он готов убить соперника. Его не оставляет Елена, подруга Гермии, сообщившая о ее планах, так сильно влюбленная в него, что готова даже на унижение, а в то же время способная и обвинять (лишь позже выясняется, что Деметрий любил Елену с детства и был с ней обручен, но затем влюбился в Гермию). Деметрий пытается прогнать ее, однако это не удается.

Лизандр и Гермия устали и решают лечь спать. Гермия, несмотря на свою любовь, ведет себя целомудренно и просит Лизандра лечь подальше, что тот послушно и делает. Появившийся Пэк (который уже принес добытый цветок, и Оберон выжал его на глаза спящей Титании) узнал от Оберона, подслушавшего разговор Деметрия и Елены, их историю. Оберон поручил ему при помощи все того же цветка заставить Деметрия полюбить Елену. По ошибке, увидев Лизандра и Гермию лежащими достаточно далеко друг от друга, Пэк принимает их за Деметрия и Елену (он к тому же не подозревает, что в лесу можно встретить и другую молодую афинскую пару). Он выжимает сок цветка на глаза Лизандра.

После его ухода появляются Елена и Деметрий, которому, наконец, удается убежать. Елена видит лежащего в сомнамбулическом состоянии Лизандра. Она знакома с ним, желает ему добра и начинает будить его. Проснувшись, Лизандр, естественно, влюбляется в нее. Елена воспринимает это как насмешку и оскорбление, убегает, а Лизандр пускается в погоню за ней. Проснувшаяся Гермия осталась одна и отправляется искать Лизандра.

Все эти любовные перемены напоминают линию Протея в «Двух веронцах». Но ситуация уже сложнее, а в дальнейшем станет ещё запутанней. Деметрий преследует Гермию, но та убегает от него. Пэку, получившему взбучку от Оберона, удается выполнить запланированное и заставить уснувшего Деметрия полюбить Елену, пришедшую вместе с Лизандром. Елена и Гермия поменялись местами. Елену не любил никто, а теперь любят двое; Гермию любили двое, а теперь не любит никто.

Все четверо встречаются вместе. Елена по-прежнему считает, что над ней издеваются, обвиняет в этом уже и Гермию. Гермия, напротив, считает оскорбленной себя, и у нее на это гораздо больше оснований. Такой ласковый с нею раньше Лизандр теперь предельно груб, называет ее эфиопкой, кошкой, репейником, смуглой татаркой (Гермию явно играет тот же низкорослый мальчик-брюнет, который играл Джулию в «Двух веронцах»). Из того, что Гермия упрекает Елену в том, что та пленила Лизандра высоким ростом, ясно: мальчик, играющий Елену, играл в предыдущей комедии Сильвию.

Пока женщины выясняют отношения, не уступают им и мужчины. Лизандр и Деметрий уходят, чтобы решить, кто имеет больше прав на Елену. Но им помогают Оберон и выполняющий его приказы Пэк Пэк, копируя голоса обоих, успешно заставляет героев заблудиться; он мешает им встретиться друг с другом. Наконец Лизандр, Гермия, Деметрий и Елена поочередно приходят в одно место и засыпают. Пэк использует цветок для того, чтобы Лизандр снова полюбил Гермию.

Понятно, для чего нужно было упоминание о празднике Ивана Купалы (в Англии, естественно, Иоанна Крестителя). Это был языческий праздник, который, даже получив христианское название, очень долго не терял своих традиций. Проходили сексуальные оргии, торжествовала полная свобода, могли произойти самые неожиданные связи. Но было бы ошибкой в духе специалиста по драматургии современников Шекспира А. Парфенова делать предшествующую тему объяснением пьесы. Это все равно, что отождествлять две разные исторические эпохи. Связь между ними очевидна, но различий может быть гораздо больше. Любовные перипетии «Сна в летнюю ночь» восходят к языческим обрядам, но показано все абсолютно иначе. Тема секса не присутствует даже между строк Комическую линию разыгрывают Титания и ремесленники — актеры-любители, которые готовят спектакль в честь свадьбы Тезея (своеобразная перекличка с постановкой самой комедии). Они пришли в лес репетировать. Понятно, что в планы Оберона вовсе не входило, чтобы его жена влюбилась в какого-то красавца. Он сам упоминает льва, медведя, волка, быка, даже обезьяну. Пэк, воспользовавшись тем, что репетиция началась недалеко от того места, где спит Титания, превращает голову ткача Основы в ослиную. Друзья в ужасе оставляют его, а проснувшаяся Титания в него влюбляется. Она восхищается Основой и всячески обихаживает этого человека, который даже в нормальном своем виде совершенно ей не подходит. Ей помогают четыре эльфа, которых, вероятно, должны были играть маленькие мальчики.

(В тот сезон в шекспировской труппе было три мальчика-актера; это доказывает то, что в «Двух веронцах», помимо двух главных героинь, есть еще и служанка Лючетта. Теперь, правда, героинь четыре: Ипполита, Гермия, Елена, Титания. Но, поскольку Ипполита и Титания ни разу не появляются вместе, их явно играл один и тот же актер-мальчик Вполне вероятно, что роли Тезея и Оберона также играл один актер (естественно, взрослый). Характерно, что именно так произошло в знаменитом спектакле Питера Брука, где Оберон и Титания представляют собой «ночных двойников» Тезея и Ипполиты. Маленьких же мальчиков на роли эльфов могли пригласить для торжественного представления по случаю свадьбы графа Дерби, но не использовать в обычных постановках. Этот вопрос Шекспир способен был легко разрешить, например, объединив две сцены).

Не слишком длинная даже в существующем тексте тема Титании и Основы — это откровенный фарс, которого Шекспир в «Двух веронцах», казалось бы, начал прочно избегать. Но в новой пьесе он создает уникальный синтез (часто даже в одной сцене) реальности и фантастики, лирики и юмора. Даже фарс здесь вполне уместен.

Наступает утро, и власть лесного царя подходит к концу. Просыпаются главные герои, встречая Тезея, Ипполиту и отца Гермии Эгея. Для возлюбленных все произошедшее — сон. Как сон, воспринимает это и освобожденная от нелепой любви Титания. Однако муж указывает ей на ее возлюбленного, вызывая у Титании ужас. Тут же Пэк по приказу Оберона возвращает Основе человеческую голову, а между супругами происходит примирение. Последним просыпается Основа. Для него все случившееся тоже сон. Видимо, забыли о чудесах и его друзья, которые ничего об этом не говорят, а встречают своего главного актера с большой радостью. Поскольку Деметрий женится теперь на Елене, брак Лизандра и Гермии не вызывает проблем. Во время трех свадеб происходит спектакль о Пираме (в исполнении Основы) и Фисбе. Театр к середине 1590-х годов стал так популярен, что, помимо профессиональных трупп появилось немало любительских. Шекспир, естественно, изображает их со смехом, но без злобы. Текст пьесы откровенно пародиен, зрители комментируют спектакль веселыми репликами.

Однако смешным становится и сюжет гибели двух возлюбленных, так напоминающий «Ромео и Джульетту». Судя по изданиям, трагедия явно пользовалась большим успехом и долго оставалась в репертуаре; провести параллель должны были как аристократы — любители общедоступного театра, так и бедняки, занимавшие стоячие места. Шекспир не побоялся пародии на собственное произведение.

В заключительной сцене после того, как все уходят спать, появляются Пэк, Оберон и Титания. Они словно доказывают, что они реальны — может быть, реальнее, чем афинский мир Тезея. А английский фольклор реальнее античности.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница