Рекомендуем

Вскрытие замков от 450 рублей круглосуточно вскрытия замков москва круглосуточно.

Счетчики






Яндекс.Метрика

2.5. Литература как история с географией

Однако признать, что это — маленькая парадигма и она прямо повлияла на титульное оформление Первого фолио, мешает некоторый временной зазор между изданиями 1592-го («Грина на грош ума...»), 1594-го («Виллоубиева Авиза»), 1599-го («Нэша высокопостная проповедь», а также 1600 года («Кемпа девять дней изумления»), с одной стороны, и изданием 1623 года («М-ра Уильяма Шекспира комедии, хроники и трагедии»), с другой стороны. Конечно, были еще книги такого же типа самого Шекспира in quarto: 1608-го («М. Уильям Шакспер: его подлинная история хроники жизни и смерти короля Лира») и 1609 года («Шекспировы сонеты»), но их можно просто вынести за скобки: в нашем вопросе Шекспир — не объяснение, а объясняемое.

Однако обнаружилось, что между 1600-м и 1623-м было еще, по крайней мере, три издания, которые, можно сказать, прямо готовили новое осмысление титульного оформления, выразившееся в принципе «автор выше». Первое из этих изданий появилось почти сразу за «Шекспировыми сонетами» (1609) и называлось «Кориэтовы нелепости» (Coryats Crudities, 1611). Для начала обратим внимание, что внизу пышно оформленной обложки в овале, типичном для зеркала, расположен портрет автора книги, вещь для тех времен достаточно редкая. Портрет некоего знатного, судя по костюму, господина, который на что-то указывает перстом правой руки, а может быть, и не указывает, но во всяком случае указательный палец значительно отделен от среднего, так что эти два пальца вполне можно прочесть как букву V.

Заслуга привлечения внимания к этой книге в связи с шекспировским вопросом в новейшей истории российской гуманитарной науки принадлежит Илье Менделевичу Гилилову1. Гилилов усомнился в подлинности авторства Томаса Кориэта: какой же автор назовет собственную книгу «Нелепости» (Недоработки, Наработки, Грубости), и поддержал свои сомнения рассмотрением содержания книги. Проанализируем и мы это содержание.

Сразу же бросается в глаза структурный параллелизм «Кориэтовых нелепостей» и Первого фолио. И там, и тут большая вводная, так сказать, хоровая часть, в которой будущий автор книги предстает героем.

Титул книги «Кориэтовы нелепости» (1611)

Причем, в сравнении с покойным «классиком» (Уильямом Шекспиром издания 1623 года), воспевающих живого «неклассика» Томаса Кориэта гораздо больше: это и Джон Донн, и Джон Дейвис, и Майкл Дрейтон, и Томас Кэмпион, и Генри Гудиа, и Хью Холланд, и Кристофер Брук, и Джон Харрингтон. Называю только самые известные имена, количественно воспевающих едва ли не на порядок больше2. Корифеем же поэтического хора и здесь, и там оказывается Бен Джонсон3, что тоже не выглядит такой уж случайностью.

Фигура Томаса Кориэта явно пародийная, а все приносимые ей на алтарь восхваления крайне двусмысленны. Даже если не вдаваться в тонкости похвал, уже само их количество, доведенное до гиперболы, заставляет думать, что все это клоунада. Описание путешествия начинается примерно со второй трети книги. Представить себе, чтобы практически все имеющиеся в стране в наличии поэты всерьез воспевали ранее никому не ведомого путешественника, пусть и по команде наследного принца Генри, совершенно невозможно4. Да просто прочесть рукопись книги путешествий за два года такому количеству поэтов вряд ли бы удалось. Разве что принц устроил съезд поэтов и велел читать им вслух сочинения своего бывшего шута5, назначенного на должность великого пешехода!

Нет, гораздо больше все это похоже на традиционное карнавальное увенчание: шут на троне короля поэтов. При этом не важно, ходил этот новый Афанасий Никитин за три моря или не ходил. Вероятно, все-таки ходил, остались его реальные письма и письма и сочинения свидетелей его пребывания в дальних странах. Правда, свидетельства остались, в основном, о его индийском походе, который случился несколько позднее. Но для наших целей, в самом деле, не очень важно, что там было в реальности с Томасом Кориэтом, достаточно знать, что такой человек, вероятно, все-таки существовал. И существовала группа гуманистов под предводительством Бена Джонсона и патронажем принца Генри.

В противовес вводным страницам само содержание толстенного тома (подробные описания его путешествий по Европе) оказывается весьма серьезным и со страноведческой, и с филологической точки зрения. И трудно поверить, что написал это недоучившийся студент Оксфорда, бывший главный шут принца. Конечно, он был шутом в компании гуманистов, но едва ли они бросали все свои силы на образование шута, а не на развлечение принца.

Титул книги Самуэля Перчаса (1614)

Почти одновременно с первой книгой вышел из печати еще один том, и имя автора также было помещено в верхней части обложки. Никакие путешествия в этом томе уже не описывались. Путешественник просто отчитывался о проделанной работе и пожинал плоды славы. И по ходу давал наставления будущему королю. Поверить в то, что все это делалось абсолютно серьезно, трудно. Наоборот, с легкостью верится в то, что это придворные игры гуманистов, в число которых, очевидно, входил и сам король, и его сын Генри!

И наконец, в 1616 году6 вышло описание третьего путешествия Томаса Кориэта. Вернее, опубликовано было не описание, а письма потенциального автора. В общем-то, прощальные письма, потому что из Индии, как было объявлено уже через два года, великий пешеход не вернулся. Заболел там и умер в 1617 году. Кстати, и предыдущий скороход-танцор, путешественник, правда, не международного, а «внутрианглийского» уровня, и тоже в своем роде шут — комик на сцене Уильям Кемп, — умер вскоре после выхода «своей» книги, или умер от чумы человек с таким же именем, но сам актер в любом случае сошел со сцены британской культурной жизни.

Все это уже похоже на парадигму. Однако издатели XVII века не спешили помогать нам ее выстраивать. В 1613 году вышла книга Purchas his Pilgrimage... Вот ее второе издание. Обложку первого пока найти не удалось, но будем надеяться, что в основном они идентичны.

Если этот Самуэль Перчас действительно обычный автор без страха и упрека, то парадигма наша теряет свою уникальность, а значит, и существенную часть доказательной силы по отношению к Первому фолио. По обложке можно сказать только одно: это Purchas his pilgrimage, помещенное вверху, набранное мелким шрифтом и отделенное чертой от основного заглавия, похоже не столько на автора и заглавие книги, сколько на серийное название издания. Так и есть, в эту серию включено пять томов; пятый имеет двойное авторство, отмеченное уже на обложке: Посмертные работы Ричарда Хэклуита, знаменитого английского географа и историка, тоже приравнены к Purchas his Pilgrimage. Так что полное авторство этого

Хэклуита посмертное, или Путешествия Перчаса (1625)

Перчаса сомнительно7. К тому же его неполное авторство в книге 1625 года несомненно. Правда, это уже через два года после Первого фолио, однако пятый том серии Purchas his Pilgrimage бросает подозрение и на авторство в четырех предыдущих изданиях...

Кстати, в книге есть нечто общее и с Первым фолио, и с книгой «Кориэтовы нелепости». Это общее — портрет автора (или псевдоавтора). Тут он наиболее документирован. Во-первых, указан возраст: 48 лет. Во-вторых, стоит подпись anag. Samuel Purcas. Правда, фамилия автора написана немного не так, как в названии книги (Purcas вместо Purchas). Обычная ли это опечатка или желание показать, что Purchas his Pilgrimage просто название серии, а к авторству как таковому отношения не имеет, сказать трудно, но вопрос возникает.

Итак, книги страноведов, изданные не по правилам, тоже имеют отношение к проблеме авторства, а значит, если не укрепляют, то и не ослабляют новую парадигму, в которой представлен формальный автор — автор, так сказать, не в полной мере, более того, нередко очевидно, что титульный автор как раз в полной мере не автор (как в случае с Кориэтом).

Примечания

1. И.М. Гилилов. Игра об Уильяме Шекспире, или Тайна Великого Феникса. М., 1997. С. 322—332.

2. Гилилов насчитал 56 имен. Это, по нашему беглому пересчету, близко к истине.

3. «Jonson, though, was a central figure in the project of packaging the Crudities as carnivalesque, and presenting Coryate as a buffoon» (McRae, Andrew. On the Famous Voyage: Ben Jonson and Civic Space. Early Modern Literary Studies Special Issue 3 (September, 1998): 8. 1—31).

4. Даже серьезные биографы Томаса Кориэта сомневались, что восхваляющие его поэты были знакомы с его путешествиями. См., например: Michael Strachan. The Life and Adventures of Thomas Coryate (London: Oxford UP, 1962) 124—5.

5. См.: R.E. Pritchard Odd Tom Coryate. The English Marco Polo. Thrupp, Stroud, Gloucestershire: Sutton. 2004.

6. Правда, еще в 1611 году появилась просто анонимная книга на эту же тему; хотя она оформлена не так, чтобы это требовало нашего немедленного рассмотрения, в ней можно найти много интересного и загадочного.

7. Подробнее см.: Helfers, James P. (1997-04-01). The Explorer or the Pilgrim? Modern Critical Opinion and the Editorial Methods of Richard Hakluyt and Samuel Purchas. Studies in Philology 94 (2): 160—186.